Новости    Библиотека    Энциклопедия    Карта сайта    Ссылки    О сайте   







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава III

В неделе семь дней. Шесть из них будни, седьмой воскресенье - праздник. Хорошая роль, действительно отвечающая индивидуальности актера,- это настоящий праздник. А праздники бывают не каждый день. И случается так, что талантливый актер сойдет с экрана, со сцены, так и не сыграв свою роль, не найдя своей темы в искусстве.

Найти свою тему в искусстве - это дело всей жизни художника. И когда он находит ее, он обретает свой голос, единственный и неповторимый.

Амплуа Надежды Румянцевой определилось еще на студенческой скамье. И тем не менее прошел не один год, прежде чем она получила роль, действительно отвечающую ее творческим данным.

Это была Надя Берестова в фильме "Неподдающиеся".

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Собственно говоря, роль была задумана очень давно. Еще на выпускных экзаменах во ВГИКе председатель государственной комиссии И. А. Пырьев сказал, что Румянцева именно та актриса, для которой нужно специально писать сценарии. Такой сценарий был заказан студией "Мосфильм" сценаристке Татьяне Сытиной. Но готов он был через пять лет.

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Ставить "Неподдающихся" предложили дебютанту в кино, выпускнику ВГИКа Юрию Чулюкину. Вот тут-то и началась серьезная работа над сценарием. Ни Сытина, ни Чулюкин не предполагали создать кинокомедию, они стремились просто и чистосердечно рассказать о судьбах своих героев. И вдруг в процессе работы увидели, что помимо их воли характеры и ситуации получаются смешными. Бесконечно ссорясь, споря по каждому пустяку, обсуждая сцену за сценой, режиссер и сценаристка то и дело бегали за советом к своему художественному руководителю Юлию Райзману. Вместе с ним решались все вопросы, придумывались диалоги, новые сцены. . .

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Фильм "Неподдающиеся" принес с собой не только возрождение трудного и любимого жанра, но и новаторское решение комедии. До сих пор драматурги придумывали для комедии специальную атмосферу, действие нередко происходило в необычных местах: цирк, кулисы театра, модное ателье, музыкальный магазин и т. д. И героями соответственно выбирались люди редких, экзотических профессий, отличающиеся экстравагантностью поведения.

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

В сценарии "Неподдающиеся" все было наоборот, а в режиссерской разработке Чулюкина, обладающего великолепным чувством юмора, сценарий получил четкое жанровое решение.

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Действие происходит на одном из московских заводов, а герои картины - молодые рабочие, борющиеся за звание бригады коммунистического труда. Казалось бы, что же тут смешного? Главное зерно комического в фильме кроется в характерах героев. Надю Берестову, самую юную, но и самую энергичную комсомолку прикрепили к двум неисправимым бездельникам и шалопаям, позорящим всю бригаду. Мы еще не знакомы с героями картины, еще не видели их, но сама ситуация, когда маленькая девушка с детской улыбкой и круглыми наивными глазами берется перевоспитывать двух отчаянных озорников, вызывает недоверчивую и снисходительную улыбку.

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Сценарий был готов, и группа приступила к съемкам. Румянцева наконец-то получила долгожданную "свою" роль. С самого начала съемочная группа оказалась в очень тяжелых условиях, молодым не верили, в них сомневались, но молодые были полны огромного энтузиазма и любви к своей картине, они боролись за нее.

' Неподдающиеся '
' Неподдающиеся '

Сказалось в работе и то обстоятельство, что Юрий Белов, исполняющий роль Грачкина, и Румянцева учились вместе в институте, а Чулюкин одновременно с ними закончил режиссерское отделение ВГИКа и даже играл в их дипломном спектакле "Спутники" главную роль доктора Супругова. Все это несомненно помогло им в работе. На съемочной площадке сразу установилась творческая дружеская атмосфера. Окрыляло всех участников фильма и то, что даже в самых сложных ситуациях ни режиссер, ни главные исполнители не падали духом, не унывали и ни разу не явились на съемку в плохом настроении. Актерам была предоставлена полная возможность творить, предлагать, пробовать. И Надя предлагала. Каждый день актриса придумывала новые ситуации, реплики, трюки, и каждый раз так отчаянно отстаивала их, что все репетировали, снимали, а потом уже решали, что оставить, а что выбросить. "Я вся была напихана предложениями и выдумками, - смеясь вспоминает Румянцева, - они буквально лезли из меня, не давали мне покоя!".

'Спутники'. Дипломный спектакль ВГИКа
'Спутники'. Дипломный спектакль ВГИКа

Работать было трудно, картину снимали по ночам, в чужих павильонах, днем они были заняты. А так как готовых декораций завода на студии в данный момент не было, то все производственные сцены снимались на станкостроительном заводе имени Орджоникидзе, тоже по ночам. Но, наверное, это и позволило кинематографистам сделать сцены на заводе такими достоверными. Рабочие по-настоящему "болели" за фильм, считали его своим. Они принимали в съемках самое горячее участие, вникая во все подробности, советуя, помогая, подсказывая, открывая кинематографистам свои профессиональные тайны. Актеры по каждому поводу обращались к рабочим: "А так может быть?", "А бывает так?" - и всегда получали исчерпывающие ответы.

Надя была захвачена общим жизнерадостным подъемом, творческим настроением, она не щадила себя, работала и днем и ночью. Вот что произошло однажды на съемках. По плану должна была сниматься лекция о раках, павильон дали всего на одну ночь, а у Румянцевой температура сорок - где-то подхватила грипп. Что делать? Но в назначенное время актриса приехала на студию. Надя плохо помнила, как провела сцену, в перерывах между съемками она сидела, закутавшись в чей- то огромный тулуп, ее трясло. Съемка прошла хорошо, но Румянцева после этого надолго выбыла из строя.


Итак, Надежда Румянцева получила роль, которая оказалась ей по душе и которая отвечала ее творческим возможностям. Как же она работала над ролью? Этот вопрос очень часто задают актрисе зрители, этот вопрос всегда интересует корреспондентов газет, которые берут у нее интервью. Я тоже попросила Надежду Васильевну мысленно вернуться к тем далеким уже дням и рассказать поподробнее, как же она работала над ролью Нади Берестовой.

- Работа над ролью начинается с того момента, когда актриса открывает сценарий. Читаешь один, второй, третий раз и каждый раз находишь все новые и новые подробности.

Затем - поиски грима и костюма. В кино - это одна из первейших задач. Если в театре актер может искать внешнее решение образа постепенно, исподволь, то в кино этот вопрос должен быть решен сразу, к первому дню съемок, к первой пробе. Дело это совсем не простое, нужно, чтобы героиня была симпатичной, чтобы грим был в характере, раскрывал те или иные стороны образа.

Так, например, я начала сниматься в "Неподдающихся" с длинными волосами, мне они очень нравились. И, несмотря на все уговоры подстричься, я и слышать об этом не хотела. Но вот однажды отснятый материал просматривал Юлий Яковлевич Райзман. Он долго молчал, а потом сказал: "А все- таки, Надюша, придется подстричь волосы!" И вопрос был решен. Как горько я рыдала в гримерной, глядя на свои срезанные кудри, мою гордость и надежду! А потом, увидев себя на экране, поняла, что была неправа.

Работа над ролью. Как это происходит? Некоторые представляют себе этот процесс примерно так: приходит актер домой, открывает тетрадочку с текстом, подходит к зеркалу и начинает репетировать. Ничего подобного! Работа над ролью - это процесс очень сложный, глубоко индивидуальный. Да, конечно, я читаю роль дома, учу текст, но это лишь подготовка к главному, к творческому перевоплощению.

С того момента, как я получила роль Нади Берестовой, я в какой-то степени перестала существовать как Румянцева, героиня прочно вошла в мою жизнь, в мою душу, в мое сердце. Так бывает всегда. Ни днем, ни ночью мои герои не дают мне покоя, не оставляют до последнего съемочного дня. Внешне я как будто занимаюсь своими повседневными делами, но на самом деле бытовые заботы с каждой минутой уходят от меня все дальше. Я подчас машинально киваю головой, не вникая в смысл сказанных мне слов, забываю о самых необходимых вещах, меня мало что волнует в эти дни.

Со съемок прихожу или в приподнято-радостном, возбужденном состоянии (значит, сцена прошла удачно), или бываю раздражительная и нервная (тогда дело плохо, что-то не ладится). Близкие мои уже привыкли ко всему и стараются в такие минуты мне не мешать.

Итак, с чего же начинается работа? Главное - определить внутреннюю логику образа, понять мотивы тех или иных поступков героини, проанализировать в каждой сцене, в каждом эпизоде малейшее движение ее чувств и мыслей. Я бы сказала, что задача эта достойна хорошего психолога. Но ведь актер тот же психолог. Знать человеческие души, понимать самые тонкие и трепетные ее движения актеру необходимо. Об этом очень хорошо писал Чарли Чаплин: "Не заключена ли основа всякого творческого успеха в театре и на экране в знании человеческой природы, которая позволяет постичь различие между дельцом и трактирщиком, между публицистом и актером?.."

Как же разобраться в логике поведения героини? Я играю про себя весь сценарий, все роли - мужские и женские. Для того чтобы хорошо сыграть Надю Берестову, я должна понять всех остальных персонажей, знать, чем они живут, чего хотят, каково их отношение к моей героине. Я играю за всех. И от того, как я сыграю Толю Грачкина, зависит и поведение остальных героев, а главное - поведение Нади. "Да, если он сделает так, то Витя Громобоев скажет уже иначе, а Надя подумает..." - так рассуждаю я, репетируя сцену. Это - как игра в шахматы, я продумываю свои ходы и ходы противника задолго вперед, стараясь угадать и предвидеть свою и его логику поведения.

А приходишь в павильон, оказывается, все стоит иначе, совсем не так, как себе представляла, и выход не там, и пропала самая эффектная сцена, которую приготовила и уже полюбила. Начинаешь снова обживать съемочную площадку, придумывать что-то новое. И если роль хорошо отработана, то меняются только приспособления, главная внутренняя линия остается неизменной.

Так же работает и Чулюкин. Сам блестящий актер, он проигрывает роли за всех и может заменить любого исполнителя. Глубокое понимание природы актерского творчества облегчает работу и ему и исполнителям.

Помню, как снималась сцена первого занятия Нади с "неподдающимися". По сценарию ребята должны были посадить меня на шкаф. Как только мы не снимали эту сцену! И шкаф проваливался, а я исчезала среди обломков в какой-то фантастической пыли... Все это потом оказалось ненужным, не соответствующим стилю фильма, но для нас это была великолепная репетиция, потому что мы для себя очень точно определили внутренний ритм сцены.

Моя героиня Надя Берестова - положительный человек: она добра, правдива, отзывчива. И смешна одновременно.

Как же сочетаются в образе серьезные, положительные и комедийные черты? Прежде всего комическое проявляется в манере выражения чувств. Надя - человек открытой души, она жадно впитывает все, что ей говорят, и хочет жить так, как велит ей долг, как советуют на собраниях. Но жизнь оказывается сложнее, и все ее наивные представления при столкновении с действительностью рассыпаются в прах. Надя хочет жить по рецептам и правилам, рекомендуемым на лекции и в популярных брошюрках. Но как только этот хороший человечек начинает пунктуально применять апробированные методы воспитания, она становится уморительно смешной. Она видит, что взялась за непосильное дело, что ей не справиться с этими двумя оболтусами. Но отступать не в ее характере. Признать себя побежденной перед лицом своих товарищей? Нет, с этим Надя не может согласиться. И тогда она отбрасывает все предложенные ей рецепты и решает действовать по-своему. С этого момента начинается вторая часть фильма, менее смешная, но поднимающая большую интересную тему доверия к человеку. Познакомившись поближе со своими подопечными, Надя поняла, что они неплохие, в сущности, ребята, и ей самой искренне захотелось им помочь. Люди не рождаются плохими, и самое страшное - равнодушие к человеку. С этим нужно бороться, и Надя борется.

Органичное сочетание лирической и комедийной темы определило весь стиль фильма. В этом же плане работали и композиторы: с одной стороны, ироническая, бесшабашная мелодия "неподдающихся" (А. Спадавеккиа), с другой - лирическая тема Нади (К. Молчанов). Это стилевое своеобразие фильма определяло и нашу актерскую работу.

Мы очень волновались перед сдачей фильма, стояли в коридоре (на просмотр нас не пустили) и прислушивались к реакции зрителей. На студии отношение было снисходительное: снимали без павильонов, без средств, неизвестно, что они там натворили. Скоро до нас стал доноситься смех зрительного зала, все громче и громче... А после просмотра нас тискали, как мышат, каждый старался пожать руку, поздравить...

В этом небольшом рассказе Н. Румянцева только отчасти коснулась той огромной и всеобъемлющей работы, которую проделывает актер, снимаясь в фильме. Каждый идет своим путем в поисках правильного решения образа, художественной выразительности; работа каждого предопределяет успех или неуспех кинопроизведения.

В чем же причина успеха фильма? Попробуем разобраться.

Основное, что определило победу молодых кинематографистов, - это правда и жизненность характеров. Роль Нади Берестовой - несомненно лучшая работа Румянцевой.

Вот Надя, получив задание комсомола, горячо берется за дело. И в первую очередь, как заштатный бюрократ, составляет план работы и распорядок дня своих подопечных на целый месяц. С завидной кропотливостью и старательностью она учла все: и повышение культурного уровня, и рационализаторскую работу, и отдых, и учебу.

Берестова готовится к своей первой встрече с трудновоспитуемыми. Сделав строгое лицо и подложив на стул несколько папок, чтобы казаться выше, Надя со всей строгостью и неприступностью предлагает ухмыляющимся парням следовать придуманной ею программе. Для повышения культурного уровня она приводит их на лекцию о раках, искренне убежденная, что знакомство с жизнью членистоногих навсегда отвратит ее подшефных от выпивки. А они вовсю издеваются над своей воспитательницей, издеваются до того момента, пока она действует прописными методами и избитыми штампами. Но, как только, выведенная из себя, Надя совершает не предусмотренные "программой" поступки, отношение к ней резко меняется.

В полном отчаянии от своей неудачи, чувствуя, что все ее планы рушатся, Надя прочно усаживается за столик друзей в ресторане и твердо заявляет, что она вместе с ними будет пить водку. Раз они пьют, то и она не отстанет. Ребята обескуражены: такое заявление повергло их в полное недоумение. До сих пор Надя разговаривала с ними менторским тоном воспитателя и они знали, как на это реагировать, что предпринять, как от нее избавиться. А теперь она ведет себя как-то странно и непривычно, во всяком случае, не могли же они допустить, чтобы девчонка на их глазах напилась. Впервые Грачкин и Громобоев взглянули на Надю совсем другими глазами и увидели, что перед ними не скучный и назидательный "педагог", от которого хочется бежать на край света, а их сверстница, наивная и довольно симпатичная, сама не меньше их нуждающаяся в заботе и опеке.

Так незаметно для себя герои меняются ролями: "неподдающиеся" неожиданно почувствовали ответственность за свою воспитательницу, которая проявила к ним столько внимания и чуткости. Из опекаемых они превращаются в опекунов.

А в Наде тоже произошла перемена. Сначала она смотрела на них с недосягаемой высоты хорошей производственницы, дисциплинированной комсомолки. Это были лодыри, прогульщики, пьяницы и шалопаи, те, кого принято называть на общих собраниях "неохваченной" молодежью. Надя твердо верила, что убеждением можно всего добиться. Но после того как действительность показала несостоятельность ее методов воздействия, она впервые задумалась: кто же они такие в самом деле и что же с ними делать? И тогда Надя увидела, что это совсем не отпетые хулиганы, как представлялось ей на собраниях. Просто они полны энергии, а куда ее деть, не знают. Но чудо произошло, девушка увидела их человеческую сущность. И поняла она еще один секрет, что, стоит только подтолкнуть этих смешных парней - и они будут совершать чудеса. А вот как это сделать? Это вопрос сложный. Но тут Наде на помощь пришла женская хитрость. Кто не помнит пламенных и многозначительных взглядов Румянцевой в фильме? Как уморительна и забавна актриса в сценах, где она решается на рискованный и легкомысленный шаг: увлечь своих подшефных и назначить каждому свидание в парке! Сколько в ней детской непосредственности, наивности и чисто женского кокетства! Замысел удается: ребята явно заинтригованы странным поведением своей воспитательницы, теперь уже каждый из них старается произвести на Надю впечатление, старается ей понравиться.

"Неподдающиеся" исправляются не под влиянием педагогических способностей Нади Берестовой - просто они не могут оставаться равнодушными к той искренности, теплоте, горячей заинтересованности, которые родились в наивной, простой и очень светлой Надиной душе.

Актриса ищет комедийность не в очевидной нелепости, а в правде человеческого поведения, в логичности поступков. Она ведет себя предельно естественно, серьезно, искренне, убежденная в своей правоте. Именно это и смешно.

Героиня заставляет своих подопечных заниматься рационализацией. Казалось бы, что тут смешного? Но это - одна из лучших комедийных сцен фильма. Дело в том, что у нее назначено свидание, а ребята в это время решили проверить геометрию своего нового резца. Девушка понимает всю важность происходящего события, парни поверили ей, ради нее отказались от своих сомнительных "удовольствий" и сидят вечером в цехе, куда в другое время их и на аркане не затащишь. Если сейчас они почувствуют, что Надя не заинтересована в их изобретении, что она хочет убежать, то вся проделанная работа пойдет насмарку. Надя не может их бросить и страдает. Смешно! Оказывается, сцена у токарного станка тоже может быть смешной, если играют хорошие актеры.

Успех Надежды Румянцевой в "Неподдающихся" - отнюдь не случайное явление, он не определяется только лишь ее актерской одаренностью. Это результат огромного творческого труда. В этом фильме, как никогда, пригодились актрисе школа О. И. Пыжовой и Б. В. Бибикова, кропотливое изучение роли в театре, долгие годы учебы в институте.

В "Работе актера над собой" Станиславский писал: "Поверить чужому вымыслу и искренне зажить им - это, по-вашему, пустяки? Но знаете ли вы, что такое творчество на чужую тему нередко труднее, чем создание собственного вымысла?.. Мы пересоздаем произведения драматургов, мы вскрываем в них то, что скрыто под словами, мы вкладываем в чужой текст свой подтекст, устанавливаем свое отношение к людям и к условиям их жизни, мы пропускаем через себя весь материал, полученный от автора и режиссера, мы вновь перерабатываем его в себе, оживляем и дополняем своим воображением. Мы сродняемся с ним, вживаемся в него психологически и физически, мы зарождаем в себе "истину страстей", мы создаем в конечном результате нашего творчества подлинно продуктивное действие, тесно связанное с сокровенным замыслом пьесы, мы творим живые, типические образы в страстях и чувствах изображаемого лица". Так глубоко и лаконично великий педагог, режиссер и актер определил тот сложный творческий процесс, который проделывает актер в работе над ролью.

Одной из самых больших трудностей в творчестве актера является умение доносить невысказанные мысли своего героя до зрителей, умение проанализировать его "второй план".

"Второй план" - это внутренний мир человека, его глубоко скрытые мысли, сомнения, все то, что, по существу, определяет его внешнее действие, что наполняет каждое его слово, каждую, даже самую маленькую реплику важным и единственно правильным смыслом, что делает значительным и логичным каждый его жест, каждое движение на сцене или на съемочной площадке.

Возьмем для примера все ту же сцену испытания нового резца на заводе. Надя - Румянцева спешит на свидание, но она должна высидеть в цехе до того момента, пока у ребят не получится опыт. Она не говорит о том, что ей пора идти, но действия ее, продиктованные внутренним состоянием, настолько определенны, что Громобоев, не выдержав, спрашивает:

- А ты что, торопишься? Спешишь куда-нибудь?

Актриса очень точно и убедительно передает мысли своей героини, ее скрытые желания. Надя торопится, ей все хочется сделать быстрее: она бежит к станку, хватает деталь, пробует сама заточить ее, тормошит Грачкина, подгоняет Громобоева и, наконец, так искренне радуется, когда у них все получается, что зрителю становятся понятны ее переживания. И когда, на ходу снимая спецовку, она убегает, чувствуешь, как все ликует, радуется у нее в душе. Но за спиной снова раздается треск, и Надя растерянно застывает в дверях. Она не поворачивается, но плечи ее скорбно опущены, она медленно оглядывается и снова направляется к станку. Вид Нади настолько жалок, что обескураженные новаторы, взглянув на нее, сами отправляют ее домой.

Так, не произнося ни одного слова, Румянцева прекрасно раскрывает состояние героини с помощью чисто актерских приемов. В этой сцене важно именно не что говорит или делает актриса, а как она это делает. Но для того чтобы невысказанные мысли дошли до зрителей, необходимо глубокое проникновение актера во внутренний мир своего героя.

Великий русский актер Щепкин говорил: "Помни, что на сцене нет совершенного молчания, кроме исключительных случаев, когда этого требует сама пьеса. Когда тебе говорят, ты слушаешь, но не молчишь. Нет, на каждое услышанное слово ты должен отвечать своим взглядом, каждой чертой лица, всем твоим существом; у тебя тут должна быть немая игра, которая бывает красноречивее самих слов, и сохрани тебя бог взглянуть в это время без причины в сторону или посмотреть на какой-нибудь посторонний предмет - тогда все пропало! Этот взгляд в одну минуту убьет в тебе живого человека, вычеркнет тебя из действующих лиц пьесы, и тебя надо будет сейчас же, как ненужную дрянь, выбросить за окно..."

Замечательные слова Щепкина особенно актуально звучат сейчас, в эпоху кинематографа, когда крупный план, как никогда, делает близким и понятным зрителю труд актера.

Разбирая работу Румянцевой в "Неподдающихся", мне хотелось бы поговорить о характерности ее героини. Очень часто под словом "характерность" подразумевают чисто внешние приметы человека, которые не раскрывают его внутренней сущности, не помогают понять образ в целом.

Дело не в том, что тот или иной персонаж носит очки, заикается, опирается о палку. Это чисто внешние приемы, они не могут до конца раскрыть образ. Нет, я говорю о внутренней характерности, о которой рассказывает нам актер не словами роли, а тем, к а к он произносит эти слова, как реагирует на происходящие события, как слушает своего собеседника и т. д. Таким образом, внутренняя характерность определяет внешнюю, делает ее точной и достоверной.

Умение наблюдать жизнь, людей, фиксировать в своей памяти интересные встречи, яркие, неповторимые человеческие индивидуальности делает актера творчески богаче, разнообразнее, а его героев убедительнее.

"В каждом из нас, - говорит герой Ромена Роллана Кола Брюньон, - сидят двадцать разных людей: и хохотун, и плакса, и такой, как пень, которому все равно, что ночь, что день, и волк, и овца, и собака, и потихоня, и забияка, но один из двадцати сильнее всех...".

Определить, что же главное в образе, а что второстепенное, найти сущность, "зерно" роли - наипервейшая задача актера в работе над ролью.

Румянцева в "Неподдающихся" не стремится к внешней характерности. Ее героиня не хромает, не горбится, не носит очков. Главное для Румянцевой в образе Нади Берестовой - это наивно-детское, чистое восприятие действительности; отсюда категоричность в суждениях, решительность, неумение сдерживать чувства, хладнокровно взвешивать свои поступки и поступки других, бурные переходы от радости к огорчениям. Все эти внутренние качества Берестовой и продиктовали внешний рисунок роли.

Анализируя работу актрисы, видишь, как за кажущейся легкостью и непринужденностью исполнения лежит огромный, упорный, напряженный труд актрисы над образом, а значит, над собой, над своей индивидуальностью, характером.


Когда Румянцева сыграла Надю в "Неподдающихся", она считала, что это ее лучшая роль. Это верно: нигде так полно не раскрылось дарование актрисы, ее умение сочетать в одном образе лирику и юмор, но очень скоро новая роль, новая героиня полностью завладела вниманием и сердцем актрисы.

Девчата
Девчата

Новый фильм "Девчата" по повести Бориса Бедного, который собирался ставить Чулюкин, сразу заинтересовал Румянцеву. По ее выражению, Тося Кислицына была "мечтой актрисы". Чулюкин понимал, что лучшей исполнительницы, чем Румянцева, на роль Тоськи ему не найти, но все же решил попробовать несколько актрис. Терзали сомнения, а вдруг Румянцева повторится, вдруг не сумеет найти новые краски, ведь роль Тоськи чем-то перекликалась с предыдущей работой актрисы. Но после просмотра актерских проб худсовет студии утвердил Румянцеву на роль Тоси. Новая роль, так хорошо отвечающая данным актрисы, требовала от нее еще большей отдачи, большего мастерства.

Девчата
Девчата

Сюжет сценария прост и непритязателен; это история неказистой девчонки, наивной, ничем не примечательной, которая силой своего характера, настойчивостью, принципиальностью, человеческим достоинством и верой в добро добивается уважения людей и даже заставляет некоторых из них пересмотреть свои взгляды и отношение к жизни.

Девчата
Девчата

Маленькая повариха Тоська, "пигалица" и "недомерок", на которую все привыкли смотреть снисходительно, отбивает у них лучшего парня, лесоруба Илью, по которому страдали все девчонки в поселке. И побеждает Тоська не силой волшебства, как в давние времена одерживала победу бедная Золушка, и не богатством, неизвестно откуда свалившимся на голову. Нет, Тоська добивается всего умом, решительностью, девичьей гордостью и чистотой. Только себе она обязана счастьем. И, наверное, поэтому эта тема так близка каждому.

Девчата
Девчата

Кто же она такая, Тося Кислицына, и чем она покоряет зрителя?

Тося приехала в суровый сибирский край из далекого Симферополя, где она жила в детском доме и училась на повариху. В исполнении Румянцевой она почти подросток с детским и в то же время серьезным лицом. Логика ее поведения проста и естественна. Она не морализирует, не учит, не философствует, но в своих убеждениях непоколебима.

Девчата
Девчата

Тоська росла в детском доме - это отправной пункт для работы над ролью, для понимания всего образа в целом. Она впервые входит в незнакомое общество, как к себе домой. Для нее не существует таких понятий, как "мое", "твое", "чужое", она привыкла говорить "наше" и, едва перешагнув порог нового жилища, все, что там находится, считает своим, а свои личные вещи - общим достоянием.

Девчата
Девчата

Оказавшись в общежитии одна, Тося обследует комнату и заочно знакомится с ее обитателями. Но это совсем не проходная сцена, для актрисы она очень важна, так как дает экспозицию образа. Каждый человек, очутившись впервые в незнакомом доме, будет вести себя в зависимости от своего характера и темперамента. Правильно сыграв эту сцену, рассказав зрителю о своей героине, актриса тем самым подготовила следующий эпизод, который уже логически оправдан предыдущей сценой.

Девчата
Девчата

Итак, Тося одна. Чтобы представить ее зрителям, Румянцева обыгрывает каждую вещь, находящуюся в комнате, каждый предмет, который привлекает внимание Тоси. Зритель в этой сцене может проследить логику поведения девушки, движение ее мыслей. Вот она, безуспешно пытаясь взбить казенную подушку, невольно бросает взгляд на гору пуховых подушек, возвышающуюся на соседней кровати. Она подходит к ней и надавливает на верхнюю, маленькую подушечку пальцем. Подушка легко поддалась, но, когда Тося отняла палец, мгновенно выпрямилась. Игра понравилась девушке, и она с ребячливым увлечением перепробовала все подушки поодиночке, а потом и всю горку целиком. Белоснежные подушки внушают ей уважение. Наигравшись вволю, она замечает проигрыватель и пластинки. Ого! И вот уже звуки бравурного марша наполняют комнату. Музыка бодрит Тосю. И ее движения становятся увереннее и быстрее. Она весело снует по комнате, переходя от одной кровати к другой, обследуя по очереди все тумбочки и полки. Любопытство ее безгранично, она заглянула во все коробки и шкатулки, перенюхала все флаконы, обследовала книжную полку и только к письму отнеслась с должным уважением, оставила нераспечатанным на койке. Но вот Тося вспоминает, что страшно голодна. В рюкзаке пусто, но в ее распоряжении четыре тумбочки, полные всякой снеди. И вот она уже сидит у кипящего чайника, грея озябшие пальцы о горячую кружку, и подносит ко рту огромный бутерброд с маслом и вареньем. Но в последнее мгновение, критически оглядев бутерброд, она зачерпывает из банки еще ложку варенья.

Девчата
Девчата

Кончается первый эпизод фильма, но Румянцева уже сумела кое-что рассказать зрителям о Тосе. Главное, что подчеркивает актриса в этой сцене, - полное отсутствие у ее героини критического отношения к новой, окружающей ее действительности. Тося воспринимает жизнь такой, как она есть. А мелкие недоразумения и неполадки ее не огорчают; она не задерживает на них своего внимания. Будничные заботы проходят мимо: не беда, если подушка жестковата, а в рюкзаке пусто. В этом тоже проявляется детскость характера героини.

В кинотеатре города Вальпарайсо (Чили) перед премьерой фильма 'Девчата'
В кинотеатре города Вальпарайсо (Чили) перед премьерой фильма 'Девчата'

Нам ясно, что это веселый, легкий, открытый человек, не придающий большого значения жизненным удобствам, материальной ценности вещей; мы видим, как просто она осваивается на новом месте, обживает свою комнату, как легко увлекается и непосредственно реагирует на обычные явления жизни. Лазить по чужим тумбочкам нехорошо, но актриса так непринужденна и чистосердечна в своих чувствах, что и зритель начинает снисходительно улыбаться, следя за ее действиями. Совсем иначе выглядела бы сцена, если бы актриса попыталась украдкой съесть конфетку или оглянулась бы на дверь, роясь в шкатулке одной из девушек.

В этом небольшом и, казалось бы, проходном эпизоде как нельзя лучше раскрывается наивно-детский, простодушный характер героини. Она не старается казаться лучше и умнее, чем она есть. Окружающее Тося воспринимает ярче, полнее взрослого человека. Каждый новый предмет - познание мира, каждая встреча несет что-то новое, интересное и увлекательное.

Н. Румянцева не боится сделать Тосю смешной, нелепой даже в самых лирических, интимных сценах, где, как правило, даже некрасивые девушки становятся поэтичными и прекрасными. Героиня Румянцевой, напротив, остается верной себе, ничуть не изменяя ни манеры своего поведения, ни образа мыслей. Да она и не следит за собой, не старается поразить воображение Ильи, она только убежденно и серьезно делает то, что считает нужным.

Тося хочет повидать Илью, беспокоится, что он останется голодным. Она берет судки и отправляется в лес с обедом. Тося спешит, она бежит по лесу, не разбирая дороги, не оглядываясь по сторонам. Неожиданно перед Тосей падает огромная сосна, осыпав ее с ног до головы снегом. Так и предстает Тося перед Ильей в нелепом виде "снежного человека". Но это отнюдь не смущает девушку, ей и в голову не приходит, что она может показаться смешной и неуклюжей, и от этого становится еще комичнее.

Или она, радостная, возвращается со свидания с Ильей; сердце так и прыгает; Тося знает, что он смотрит ей вслед, она оборачивается, чтобы помахать ему, но, поскользнувшись на снегу, падает, тут же вскакивает и, припадая на одну ногу, держась за ушибленное колено, ковыляет к своему общежитию. Таких сцен, комических деталей очень много в фильме, и актриса мастерски обыгрывает каждую.

Румянцева не боится крайних выражений чувств, некоторой эксцентричности поведения. Но эксцентрика ради эксцентрики, бездушное комикование, погоня за смешным во что бы то ни стало - все это чуждо молодой актрисе. Ее Тося просто не подавляет своих желаний, чувств и мыслей, она смело выражает их, не пряча под условной, принятой манерой поведения, осторожностью или этическими соображениями. И в этом ее обаяние, ее прелесть и сила. То, что у другого осталось бы глубоко спрятанным в душе, она высказывает непосредственно и простодушно.

Румянцева стремится показать характер своей героини в развитии, постепенно дополняя и обогащая его отдельными черточками и деталями. Сначала Тосю в поселке не принимают всерьез, да и как можно глубоко задумываться над словами человека, когда он ростом от горшка два вершка, когда у него так смешно торчат в разные стороны задорные косички, и он "не знает, почем фунт лиха". Тоське нелегко отстоять свое человеческое достоинство. Иногда кажется, что борьба ей не под силу, вот-вот сломится, не выдержит. И все-таки эта упрямая девчонка доказывает, что она может постоять за себя.

В "Девчатах" Румянцева снова играет тему всепобеждающего доверия к человеку. Но если в "Неподдающихся", доверяя, ее героиня рисковала только добросовестностью и исполнительностью, то Тося ставит на карту свою любовь и веру в человека. Этим ее Тося и сильна и беззащитна.

Так же как и в "Неподдающихся", героиня Румянцевой воздействует на окружающих, "перевоспитывает" их, но если в первом фильме такова была ее прямая, непосредственная задача, то в "Девчатах" это происходит непроизвольно, помимо желания девушки. Просто она сама настолько доверчива к людям, настолько справедлива, что обидеть ее - все равно что обидеть ребенка. При ней люди стесняются говорить грубости, пошлости. Тоська вносит в фильм детскую сумятицу, безапелляционность суждений, и ее внутренний мир подчас приходит в столкновение с миром "взрослых".

Полностью актриса раскрывает независимый и гордый Тосин характер в сцене знакомства с Ильей. Тося со своими подругами отправляется на танцы в поселковый клуб. Это место, где царят свои раз и навсегда установившиеся порядки, законодателем которых является лучший лесоруб района Илья Ковригин. Тесное бревенчатое помещение делится на две стенки: женскую и мужскую. Те, кто приходят парами, в клубе расходятся в разные стороны, выдерживая установленный этикет. Тося, впервые попав на "взрослые" танцы, чувствует себя очень гордой и важной. Румянцева подчеркивает, что ее героиня хочет выглядеть выше и старше своих лет. Чтобы казаться выше, она вытягивается на носках, медленно прохаживается вдоль стены, важно поглядывая на парней. Но ребячливость то и дело прорывается в ее движениях, в манерах; малейшая заминка повергает ее в смущение и растерянность. Так, на секунду забыв о своей "взрослости", Тося мечется с валенками и пальто в руках, не зная, куда все это деть, а потом, очарованная зрелищем танцев, так и застывает в открытых дверях. И только насмешливые взгляды парней заставляют ее вспомнить, где она и что взрослой девушке не пристало, раскрыв рот, смотреть на танцующих.

Тосе до смерти хочется танцевать: как лихорадочно собиралась она в клуб, как жадно следит теперь за танцующими парами, как нетерпеливо блестят ее глаза! Но Тося не получает приглашения, парни старательно обходят ее, и она одинокой горькой фигурой застывает у стены. Тосина гордость уязвлена, но она старается не показать вида, что расстроена, только выше и выше тянет подбородок. И уже кажется, что ей нет никакого дела ни до танцующих, ни до парней, ни до оглушительно гремящей радиолы. Мрачно и независимо она стоит возле портретов передовиков, изучая их долго и нарочито сосредоточенно.

Поведение Тоси совершенно не вяжется с ее внешностью школьницы: скромное отутюженное платье с отложным воротничком и две туго заплетенные косички. Это несоответствие сразу делает ее комичной и трогательной.

В сцене с Ильей Тося впервые убеждает окружающих в твердости своего характера. Бесцеремонное поведение Ильи задело девушку, и она, человек решительных действий, тут же дает ему отпор. Ошеломленный Илья только теперь заметил присутствие Тоси на танцах. Не вставая, Илья поманил ее пальцем. Но Тося не оробела, она воинственно посмотрела на Илью и вдруг в ответ тоже поманила его мизинчиком. Девушка вволю покуражилась над Ильей, заставила снять шапку, бросить папироску, а потом насмешливо объявила, что с такими она не танцует. Тося поднялась на цыпочки и, помахав пальцем-крючком перед самым носом опешившего парня, еще раз громко повторила.

- Я не танцую, понятно?

Этот эпизод очень важен для развития всего фильма в целом и для понимания образа Тоси. Ведь несомненно, что Илья очень понравился ей, но чувство справедливости берет вверх над симпатией, и она не останавливается перед тем, чтобы проучить парня на глазах у всех. Как же получилось, что Тося сумела заинтересовать такого бывалого парня, как Илья? Секрет тут в ее непохожести на всех остальных.

Раздосадованный Илья спорил с приятелем, что, не пройдет и недели, как Тося будет бегать за ним "как собачонка" и он приведет ее на "Камчатку" - традиционное место всех влюбленных в поселке.

Маленькая Тоська по уши влюбилась в красавца Илью, влюбилась, едва увидев его портрет в клубе. Но Илья жестоко просчитался, начав ухаживать за девушкой привычными методами, - она каждый раз ставила его в тупик. Сначала парень растерялся, а потом задумался, стал искать какие-то новые способы, чтобы привлечь Тосино внимание, заслужить ее расположение. В этой девочке не было ни капли лукавства, хитрости, расчета, она вся светилась, и Илья с каждым днем убеждался, что обидеть ее у него никогда не хватит духу. Перед ним постепенно раскрывалась трогательная, простодушная Тоськина душа, и он, сам того не замечая, стал заботиться о ней, опекать. А потом пришла и настоящая любовь. И Илья, внимания которого добивались самые хорошенькие девушки поселка, почувствовал себя действительно счастливым, когда Тоська наконец милостиво разрешила ему поцеловать ее один раз в щеку. Тоськина безащитность и беспомощность оказались ее силой.

Влияние Тоси на Илью огромно: он становится строже, серьезнее, спокойнее. Меняются и девушки, подруги по общежитию. Надя решительно порвала со своим старым, нелюбимым, расчетливым женихом, Вера стала мягче, легкомысленная Катя - задумчивее, а Анфисе, признанной красавице и сердцеедке, пришлось поразмыслить над своей жизнью. Тося дала ей хороший урок.

- В чем же дело, что он в ней нашел? - с горечью восклицает Анфиса.

Тося в исполнении Румянцевой - это цельный и глубокий характер. Актриса показывает свою героиню простой и одновременно очень сложной, мечтательной и решительной, бесконечно трогательной, беззащитной и сильной.

Ее Тоська действует стремительно, нетерпеливо: одевается, ходит, захлопывает окошко, спрашивает. Это качество - одно из характерных примет ее облика, поведения. Стремительны и контрастны у Тоси - Румянцевой переходы от радости к отчаянию, от сдержанности к детской растерянности. Все это создает впечатление разнообразия не только комедийного, но и психологического, эмоционального порядка.

Илья проводил Тосю домой. Девушка влетает в общежитие, захлебываясь от счастья первой любви, первого свидания. Казалось, здесь уместны разговоры с подружками о том, что такое любовь, легкий вальс со стулом или лирический монолог у открытого окна... И вдруг вместо всех этих привычных, почти узаконенных приемов - лезгинка. И в этой смешной, лихой лезгинке актриса выявила состояние души своей юной героини, ее доверчивость, ликующую радость, чистоту и незащищенность. Это верное и точное проявление характера.

Тося - Румянцева часто сердится, негодует. Например, когда девушки, чтобы посекретничать, запирают ее в коридор, Тося готова разнести весь дом в щепки. И все-таки, какие бы крайние чувства ни овладевали героиней, актриса показывает, что неизменными остаются доброта Тоси, присущее ей чувство справедливости.

Самый драматический и сложный момент в фильме - это сцена, где девушки рассказывают ошеломленной Тосе, что Илья, которого она уже успела полюбить, поспорил со своим приятелем на меховую шапку, что, не пройдет и недели, как она, Тося, придет к нему на свидание. Такой чистый и доверчивый человек, как Тося, рассматривает этот поступок Ильи как предательство, как настоящую катастрофу; вместе с первой любовью рушится ее вера в человека, в светлые, благородные стороны жизни.

Для Румянцевой эта сцена была сложна потому, что впервые ей предстояло сыграть подлинно драматический эпизод, показать трагедию обманутого доверия, когда рассеиваются иллюзии, мечты и ее героиня узнает правду. Мало того, актрисе нужно было показать в этой небольшой по экранному времени сцене, как ее маленькая Тося сумела побороть свое горе и нашла в себе силы проучить Илью. Сцена трудна и в ритмическом своем построении.

У Тоси хорошее настроение. Она, напевая, убирает комнату, с доброй завистью собирает Катю на свидание и... конечно, мечтает о любви. Но Вера прерывает размечтавшуюся Тосю и усаживает ее за уроки; ни у кого из девушек не хватает духу начать разговор об Илье.

Илья появляется неожиданно, он вынимает из кармана билет на концерт, протягивает его Тосе и выходит. Тося, онемев от неожиданного счастья, мгновение стоит в той же позе и на том же месте; она не чувствует опасности в молчании, наступившем в комнате, а потом вдруг, коротко и счастливо засмеявшись, как вихрь срывается с места и в бешеном ритме начинает собираться. Но и тут Тося - Румянцева остается верной себе: она собирается не как девушка, спешащая на свидание к любимому, а как ребенок, боясь пропустить интересное зрелище. Она на ходу набрасывает на себя пальто, не глядя, надевает валенки, проходя мимо Кати, снимает у нее с груди свою брошку, теперь она и ей пригодится, туфельки на гвоздиках рассовывает по карманам, но в зеркало заглянуть не успевает - некогда. Тося была уже у двери, когда дорогу ей преградила Вера. - Никуда ты не пойдешь! - Как это? - Тося просто не поняла слов подруги. Потом уразумев, что от нее хотят, она изумилась, а потом возмутилась. Актриса играет настоящий бунт против своих подруг. И когда Надя, не выдержав, рвет ее билет, Тося презрительно отстраняет ее и совершенно спокойно говорит: - Нате, снимайте валенки! Я и босиком по снегу пойду! - Рывком Тося распахивает форточку: - Илья! - И только жестокие слова Веры заставляют ее замереть, а потом оглянуться. - Как, спорил? - И затем совсем нерешительно: - А разве можно спорить вот так, на живого человека? - Тося робко и неуверенно спускается с подоконника, прижимая к груди кулаки, которыми она только что так воинственно размахивала, и вопросительно заглядывает в лица подруг. Потерянная и жалкая, Тося - Румянцева садится на койку и закрывает лицо руками. И, через мгновение подняв голову с совершенно сухими, но враз провалившимися глазами, спрашивает: - А на что он спорил? - Узнав, что на шапку, Тося тихо и недоуменно говорит: - Что ж ему одной шапки мало?.. - Затем медленно, сгорбившись, как старушка, встает, немеющими пальцами застегивает пальто. Наткнувшись на брошку, снимает ее, бросает на кровать и выходит, поникшая и суровая.

Придя в клуб и увидев приятеля Ильи, Тося - Румянцева с новой силой переживает предательство Ильи. Она подходит к Филе и зазвеневшим от волнения и от обиды голосом говорит: - Вы спорили на меня? Так вот, он выиграл! Отдай ему шапку! - И, закрыв лицо, Тося бросается к выходу. Она выбегает на улицу в одних туфельках, без пальто, бежит, проваливаясь по колено в снег, не разбирая дороги. И только присев за высокой поленницей, дает волю слезам.

В этих быстро чередующихся эпизодах, от эксцентричнокомедийных до подлинно драматических, раскрывается дарование актрисы; она мастерски передает эти резкие контрастные переходы героини из одного состояния, из одного настроения в другое. А подлинное искусство, как известно, - в совокупности самых различных и противоречивых явлений и чувств. Ведь не случайно еще великий немецкий драматург и философ Лессинг писал в "Гамбургской драматургии", что зрители "не хотят смотреть никаких других пьес, кроме тех, которые наполовину серьезны, наполовину забавны, сама природа учит нас этому разнообразию, от которого зависит известная доля ее красоты".

Этот закон искусства в совершенстве постиг Чарльз Чаплин. Создав образ бродяги Чарли, актер разрешил труднейшую проблему создания положительного комедийного образа, в котором удивительно органично переплетается комическое и трагическое.

Сложное переплетение смешного и трагического в произведении, их сочетание и воздействие друг на друга создают на экране ту атмосферу, которая ближе всего нашей действительности. И умение передать ее на экране, донести до зрителя - задача чрезвычайно трудная и благородная. Решить эту задачу может не всякий.

Перед Румянцевой в "Девчатах" впервые встала проблема взаимосвязи различных по характеру и стилю эпизодов.

В роли Тоси Кислицыной она уже не только травести, не только комедийная актриса, а глубоко драматическая, очень точно понимающая человеческую психологию и умеющая передать ее на экране. После этой работы можно еще и еще раз говорить, что талант молодой актрисы не исчерпал себя, что эта роль стала новым открытием неизвестных сторон ее дарования.

В "Девчатах" произошло полное слияние актрисы с образом героини. Эта один из редких и счастливых случаев, когда актер начинает мыслить от лица своего героя, жить его жизнью, полностью растворяясь в его индивидуальности. В такой работе художник рассматривает человека во всем многообразии его чувств, мыслей, поступков, показывая его настоящую жизнь как точку скрещения пути из прошлого в будущее, анализируя психологию человека и рассматривая его как совокупность множества явлений общественной жизни.

К. С. Станиславский писал: "Настоящее не может существовать не только без прошлого, но и без будущего. Скажут, что мы его не можем ни знать, ни предсказать. Однако желать его, иметь на него виды мы не только можем, но и должны...

Если в жизни не может быть настоящего без прошлого и без будущего, то и на сцене, отражающей жизнь, не может быть иначе".

И мы, следя за Румянцевой в "Девчатах", без особого труда можем восстановить прошлое ее героини, рассказать, как формировался ее характер, что определило и повлияло на ее вкусы, привязанности, привычки. Актриса как бы перебрасывает мостик из прошлого Тоси в ее будущее, приоткрывая для нас неизвестные страницы ее жизни.

Одним из главных достоинств работы молодой актрисы было то обстоятельство, что она показывает нам свою Тосю в беспрерывном развитии; образ ни в одном кадре не остается статичным. Румянцева стремится к многообразию на экране, не повторяясь даже в близких по характеру сценах.

Все это позволило ей создать такой жизненный, обаятельный и цельный образ.

Как же работала актриса над ролью, какими путями искала характер Тоси, что помогло ей в работе? Вот что рассказывает об этом сама Н. Румянцева:

"Я помню день, когда "родилась" моя Тоська. Стояли пасмурные дни поздней осени; с утра мелкий, скучный дождь серой сеткой висел над городом, тротуары казались ожившими: они струились, журчали, переливались. Но в утренней бодрящей и пронзительной свежести уже чувствовалось дыхание зимы. Мы делали первые пробы на роль, искали грим, костюм: съемки были ежедневными. Режиссер был доволен, казалось, все идет правильно. А мы с художницей Л. Наумовой продолжали искать. Не то чтобы нам не нравились пробы или эскизы, но они казались банальными, хотелось большей внешней выразительности. И вот как будто все уже готово, грим в меру смешон, в меру трогателен и обаятелен, костюм, предложенный художницей, удовлетворял самый требовательный вкус. На другой день пробы должны были утверждаться на худсовете.

Вечером в дверь моей квартиры постучалась Тоська. Открывая дверь, я еще не знала, что это именно она, не угадала ее в гостье, робко остановившейся на пороге. Это была одна из тех девочек, которые пишут длинные письма, иногда приходят посоветоваться, - словом, моя зрительница. Она в смущении остановилась, не зная, что сказать. На заячьем воротнике коротенького пальто таял первый снег, около школьных ботинок натекла лужица.

Мы сидели с ней на кухне и пили горячий крепкий чай. Это была большеглазая и худенькая девочка, но очень самостоятельная и решительная. Повесив свое кургузенькое пальтишко, она так и осталась в смешной рваной ушанке и так сидела передо мной, рассказывая о своих горестях и заботах. Она была из детского дома, училась на ткачиху.

- Я очень люблю кино и хожу на все новые фильмы, - рассказывала она. "А я глядела на нее и мучительно думала, кого же она мне напоминает? Кого? - И знаете, - говорила девочка, - вы очень похожи на меня, просто удивительно, я буквально узнаю себя в каждом фильме... "Где же я видела ее? - думала в свою очередь я, - ведь я так хорошо знаю ее, и этот, смешной жест, и как она морщит нос..." - Я решила, что могу тоже сниматься в кино, могу быть актрисой, ведь мы так похожи... - "Ну, конечно, конечно же, это... она!".

Утром я была у Наумовой. И все началось сначала! Да, Тоська должна быть именно в узеньком легком пальтишке (она ведь приехала с юга, откуда у нее теплая зимняя шуба?), в ботиночках, и только в ботиночках - маленьких и холодных; конечно, на ней должна быть эта большая старая заячья шапка с торчащими в разные стороны ушами.

Напрасно меня убеждали, что нельзя сниматься в ботинках и легком пальто,- я настояла на своем. В костюмерной сшили новое пальтишко, даже без подкладки, чтобы казаться тоньше, а нужную ушанку я выменяла у племянника, озорного мальчишки, купив ему взамен новую.

Очень многое решалось прямо на съемках, почти все основные сцены актеры импровизировали. Особенно мучили наши актрисы сценариста Бориса Бедного; они старались уточнить свою роль и все время приставали к нему: "А можно так? А если сделать по-другому?" Как всякий сценарист, Бедный очень ревниво относился к своему произведению, но не мог подчас ничего возразить актерам. Но, когда и я попросила у него что-то переделать в сценарии, он возмущенно закричал: "Как, и вы туда же! Хоть вы-то молчите, у вас, кажется, в сценарии есть все, что только может пожелать актриса!" И мне пришлось отступить, так как я тоже считаю, что о лучшей роли нечего и мечтать. Мне кажется, Тосю просто нельзя сыграть плохо.

Помню, как мы с Чулюкнным нашли одну из самых интересных сцен в фильме - сцену лезгинки. Мы уже отсняли эпизод возвращения Тоси после свидания с Ильей; это был довольно долгий и серьезный разговор с мамой Верой, мы провели сцену хорошо, режиссер был доволен. Актеры разошлись.

Я немножко задержалась на съемочной площадке, не помню почему. Неожиданно ко мне подошел Юрий Алексеевич.

- Ну как? Кажется, эпизод удался? - Разговорились. Неожиданно он меня спросил: - Надюша, как вы считаете, а не могла ли Тося в этой сцене запеть?

- Запеть?

- Да, что-нибудь детское, простое и очень счастливое. Ну, вспомните, что вы пели от радости в детстве, когда вы получали то, о чем давно мечтали?

- Что я пела? Не знаю... Не помню...

Ну все равно, что... Хотя бы ерунду какую-нибудь...

- Не знаю, право... Может быть, это?

- Ну, ну...

- "На заборе птичка сидела и такую песенку пела...".

- Вот, вот! Ну-ка еще раз погромче!

Через минуту мы выставили всех из павильона и вдвоем начали распевать эту смешную и незатейливую песенку. А потом нам и этого показалось мало, и мы пустились в пляс. Забыв обо всем на свете, мы лихо, на полном серьезе отплясывали лезгинку, когда вдруг в дальнем углу кто-то прыснул от еле сдерживаемого смеха и сдавленный голос смущенно спросил:

- Чего это вы? А?

Это оказалась наша уборщица тетя Клава, и Юра тотчас к ней подскочил и забросал вопросами:

- Ну как? Смешно? Да? Скажите, смешно? - И потом, уже успокоившись, добавил: - Да, да именно лезгинка! Вы понимаете, Надя, ведь она же еще ребенок и просто ошалела от счастья...

На следующий день мы снимали придуманную сцену под скептические и недоверчивые взгляды всей группы. Пугала эксцентричность эпизода. Но ведь и эксцентрика может быть содержательной, остроумной, может вызывать сочувствие, жалость и негодование. Мы настояли на своем и оказались правы. Сцена удалась и органично вошла в ткань фильма.

Снимали мы на Северном Урале, в Пермской области. Морозы стояли немыслимые, не спасали ни ватники, ни унты. Мы жгли костры и через каждый час устраивали "перекур с обогревом". Снимали в леспромхозе и, конечно, изрядно мешали рабочим, но они относились к нам терпеливо и внимательно, помогали, учили актеров водить трактор, валить деревья. Все шутили, что Рыбников прекрасно вошел в образ и стал заправским лесорубом, в свободное от съемок время даже помогал валить деревья, выполнять план. Ну, не знаю, как там в действительности с планом, но для нашей печурки дрова он заготовлял собственноручно.

Надежда Румянцева и Сьюзен Страссберг на III Международном кинофестивале в Москве (1963 г.)
Надежда Румянцева и Сьюзен Страссберг на III Международном кинофестивале в Москве (1963 г.)

Снимали мы и под Москвой, в марте, неподалеку от "Мосфильма". Там посадили около трехсот деревьев и построили поселок с вывеской "Леспромхоз". Утром он оживал, звенели песни, гармонь, слышалась команда, гудели машины, шла съемка, а вечером опять пустел, и тогда во владение вступали мальчишки.

Оказывается, мы их здорово потревожили и нарушили сложную мальчишескую жизнь. Мы это поняли однажды утром, когда, придя на съемку, обнаружили за вывеской "Леспромхоз" огромный самодельный конверт. На вырванном из школьной тетради листке детским неровным почерком было написано: "Уважаемые товарищи киносъемщики! Ладно уж, пользуйтесь нашим оврагом, для кино не жалко. Только делайте хороший фильм, чтобы всем понравился и нам тоже". Мы тогда очень смеялись над этим дипломатическим посланием, но если бы знали, наши дорогие мальчишки, как мы хотели сделать хороший фильм, чтобы всем, всем понравился!"

Успех пришел сразу после выхода картины. В 1963 году фильм "Девчата" представлял советское киноискусство в Аргентине на Международном кинофестивале в Мар-дель-Плата.

Надежда Румянцева с призом за лучшее исполнение главной роли в фильме 'Девчата' (Мардель-Плато, Аргентина)
Надежда Румянцева с призом за лучшее исполнение главной роли в фильме 'Девчата' (Мардель-Плато, Аргентина)

Его показали на третий день после открытия фестиваля, и зарубежная пресса писала: "Прежде всего следует отметить, что успех фильму обеспечила Надежда Румянцева. Бьющая через край радость, безграничная прелесть героини прекрасно переданы молодой русской актрисой, которая долгое время будет вспоминаться с симпатией. Румянцева создала образ с удивительной непринужденностью и экспрессией, что одновременно и удивляет и покоряет зрителя, который невольно становится соучастником произведения".

И дальше: "Надежда Румянцева несомненно продолжает традиции Чарли Чаплина и Джульетты Мазины в кино и заставляет зрителей то смеяться, то плакать".

Список высказываний о советской киноактрисе можно было бы продолжить и дальше. Но в этом нет необходимости, так как все они единодушны в оценке ее дарования.

Простота и искренность, приветливость в общении сделали Румянцеву любимицей аргентинских зрителей. Стоило ей только появиться на улице, как ее окружало плотное кольцо почитателей, любителей киноискусства, журналистов, фоторепортеров. Каждый стремился выразить свое восхищение, признательность, пожать руку, получить автограф. После просмотра фильма большим почитателем Румянцевой стал известный голландский режиссер, член жюри фестиваля Берт Хаанстра.

Фестиваль закрывался большим балом "звезд". На нем после просмотра лучших фильмов фестиваля - советской кинокомедии "Девчата" и американского фильма "Игрок", в котором главную роль играл знаменитый голливудский актер Пол Ньюмен, - должны были вручать награды победителям.

Надя с волнением готовилась к первому международному балу. Берт Хаанстра попросил разрешения быть ее кавалером и сопровождать на этот вечер.

Бал начался в два часа ночи в великолепном отеле "Провенсиаль". Все здание горело и переливалось разноцветными огнями, на улицах было светло как днем, толпы людей осаждали здание. Бальный зал находился наверху, окруженный огромной открытой террасой. Советскую делегацию на вечере представляли Николай Рыбников и Надежда Румянцева. Здесь могли присутствовать только актеры, "звезды" кинематографа.

Скромная изящная статуэтка - "за лучшее исполнение женской роли". На этот раз ее обладательницей единогласно была признана советская киноактриса Надежда Румянцева. Эта небольшая и неброская скульптурка стала для актрисы дороже самых ценных подарков, это - признание ее таланта.

Вместе с Румянцевой разделил успех американский актер Пол Ньюмен, который получил приз "за лучшее исполнение мужской роли". Они чувствовали себя героями дня.

В небо то и дело взвивались ракеты. Площадь была залита огнями, оркестры играли, не переставая, а внизу гремели аплодисменты любителей кино.

Внизу под террасой, на площади, не расходились зрители, криками и овациями они вызывали актеров, которых хотели увидеть и приветствовать. Актеры подходили к барьеру и раскланивались. Надю вызывали неоднократно, но особенно поразила она аргентинцев, когда поприветствовала их на испанском языке словами национального гимна Аргентины.

Надолго запомнились актрисе тепло и радость этих встреч, гостеприимство аргентинцев, черное южное небо, усеянное огромными звездами.

предыдущая главасодержаниеследующая глава








© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://istoriya-teatra.ru/ 'Istoriya-Teatra.ru: Театр и его история'

Рейтинг@Mail.ru